Все то, что касается миссионерской работы, не является традиционно сильной стороной отечественного Православия. Этот факт нужно положить в основу анализа современной ситуации, его нужно трезво и четко констатировать, для того чтобы в будущем двигаться вперед осмысленно и плодотворно.

 

Миссионерство является одним из естественных проявлений природы Церкви. Церковь евхаристична, эсхатологична и миссийна, ибо там, где людьми овладела немота в отношении благовествования Евангелия, — там нет возможности говорить о полноте христианской жизни. Подобная немота является диагнозом и, одновременно, приговором. Таким образом, разговор о миссионерстве — это разговор о Церкви по существу, не больше и не меньше.

Труд, вдохновленный любовью

Поскольку миссия не есть одно из многочисленных занятий церковного народа, а есть выявление самой природы Церкви, то миссионерский компонент можно найти в любом успешном церковном проекте. Миссионерскими можно считать любые социальные проекты, реально облегчающие тяжесть человеческой жизни, заставляющие людей благодарно возводить очи на Небо. Миссионерский компонент, безусловно, присутствует в издательском деле. Миссионером может быть, сам того не ведая, священник, бесплатно или за ничтожное вознаграждение совершающий требы в любое время дня и ночи, регулярно проповедующий Слово Божие.

Один из литературных персонажей удивился, узнав, что разговаривает прозой. Так и многие пастыри могут удивиться, узнав, что труд их не просто пастырский, тяжелый, незаметный миру, но и в то же время миссионерский.

Очень важно понять, что к миссионерству нельзя принудить. Им занимается тот, кто священствует, по слову святителя Дмитрия Ростовского, «для Иисуса, а не для хлеба куса».

Точно так же, как миссионерство нельзя ввести в жизнь приказом, его нельзя и запретить. В любой ситуации, при любом жизненном раскладе люди, носящие в груди любовь к Спасителю и Его Церкви, найдут возможность трудиться во славу Божию и распространять «благоухание познания о Христе».

Успешные церковные предприниматели

В качестве успешной приходской работы, которую можно назвать миссионерской, приведем пример Свято-Ольгинского прихода на Харьковском массиве. Это как раз тот случай, когда люди не ставят специально миссионерских задач, ограничиваясь задачами приходскими, но делают именно миссийную работу.

В храмах прихода совершается ежедневное богослужение, благодаря чему еженедельно через молитвенную очистительную баню проходят несколько тысяч человек. На приходе кормят неимущих, раздают вещи нуждающимся; прихожане опекают воспитанников детских домов. Действует библиотека. Гостиничный комплекс позволяет размещать приезжающих в Киев паломников. В пределах храмового комплекса расположены спортивная и детская площадки, привлекающие под сень Креста сотни матерей с детьми и подростков. Духовенство храма опекает не менее десяти школ района, регулярно приходя туда для бесед с учениками разных возрастов. Все это есть не что иное, как проявление жизненности Церкви и исполнение Ею своей миссии.

Второй подобный пример — это Свято-Троицкий Ионинский мужской монастырь. История его возрождения есть история миссионерства по сути. Братия монастыря начала дело, в отсутствии которого нас, православных, традиционно и справедливо упрекают. А именно, монастырь начал работать с молодежью — наиболее энергичной и перспективной частью Церкви. Этот опыт раскрывает некие общие законы подобной работы вообще.

Во-первых, это — общение. Прежде чем учить человека, нужно дать ему также возможность высказаться. Человека нужно слушать. Пусть он выговорит вслух свои страхи, претензии, недоумения, сомнения. Затем, поняв человека, ему нужно отвечать. Так рождается диалогическая форма общения, исторически редкая в нашей церковной среде (даже и поныне).

Во-вторых, начав с малого, миссионер никогда не остановится на малом. Далее работа пойдет в неожиданных, не планируемых заранее направлениях. От миссионера, таким образом, требуется начать. Бог продолжит.

Из «молодежек» Ионинского монастыря родился журнал «Отрок», миссионерский «Ионинский листок», волонтерские группы по уходу за онкобольными детьми и престарелыми. Подобный опыт должен быть осмыслен и предложен для возможного наследования и продолжения в других приходах и монастырях.

Касательно монастырей требуется уточнение

В монастырь не идут для того, чтобы заниматься миссионерской работой. Специфика жизни монаха затрудняет общение с мирскими людьми и лишь при достижении святости и победы над страстями рождает явление, именуемое «старчеством» и подразумевающее духовное руководство.

Не всякий монастырь способен на деятельность, подобную деятельности Ионинской обители. И не каждый монах в обители может эти труды нести. Добрая половина проблем человеческих, с которыми люди приходят в Церковь, связаны с темами пола, семьи, воспитания детей и пр. Монаху может быть трудно (а иногда вредно — как для себя, так и для пришедшего человека) вникать в эти вопросы.

Ждать миссионерских успехов от монастырей не надо. Мы нуждаемся в монастырях как в очагах молитвы и духовного подвига. Миссионерской же активности следует ждать от белого духовенства, от его новой, молодой поросли.

Меняем тактику

На приходе во имя Агапита Печерского есть формы миссионерства как заимствованные («чаепитие-молодежка»), так и оригинальные.

К последним относятся курсы по изучению Священного Писания Нового Завета, которые проводятся силами прихожан, способных к этому труду.

Способными же оказываются те из прихожан, которые имели опыт пребывания в протестантских общинах, но вернулись в Православие и прошли серьезную школу воцерковления.

Наше общение с протестантами чаще всего носит оборонительный характер. Они агрессивны, мы защищаемся. Они предъявляют претензии, мы ищем аргументы в оправдание. Подобную ситуацию пора ломать, и подобный опыт уже существует.

Нам есть что сказать протестантам. И главное — это наше литургическое богатство. В отличие от протестантов, которых можно назвать людьми Книги, мы являемся людьми Книги и Чаши. Саму Книгу мы понимаем, исходя из опыта причастности к Чаше. Этого у них нет, и этого многие из них взыскуют. Те из бывших протестантов, которые нашли благодать в Православной Церкви и познали ее как Единую, Святую, Соборную и Апостольскую, со временем способны стать хорошими проповедниками.

Исходя из сказанного, прихожане прихода во имя Агапита Печерского активно общаются с ищущими протестантами, не боятся приглашать их в гости и ходить на беседы к ним (семинария в Пуще-Водице). Плод подобных усилий — немалое число людей, являющихся православными христианами, которые имеют личный опыт пребывания в протестантских группах. Это  не единичные случаи, но тенденция, и следует ожидать продолжения процесса воцерковления бывших протестантов и ждать от него благих плодов для
Матери-Церкви.

Молодежь храма во имя Агапита Печерского также проводила публичные антисектантские акции против приезда в Украину неопротестантского проповедника Рейнхарда Бонке, разъяснительную акцию в день так называемого «освящения» храма мормонов, диспут с евангелистами о почитании святых. Всякий раз акции сопровождались раздачей листовок миссионерского содержания.

В минувшие пасхальные дни был проведен флешмоб в ТЦ «Глобус» на Крещатике, имевший целью благовествовать Воскресшего Христа среди современного урбанистического муравейника.

Идея была навеяна роликом о Рождественском флeшмобе в Москве, выложенным на YouTube. В торговом центре — обычная суета. За столиками сидят люди. Среди них рассредоточены прихожане. В определенный момент один встает, громко запевая тропарь Пасхи. Вслед за ним поднимается второй, запевая повторно тот же тропарь. Затем третий. Потом четвертый участник начинает петь стихиры Пасхи. Никто из вставших уже не садится. Пение нарастает, количество участников увеличивается. Случайные свидетели останавливаются и радостно подпевают. Пасха вторгается в суету большого города. Все длится не более трех минут, завершаясь громогласным «Христос Воскресе!».

Отвечают все зрители, а не только участники. После завершения действа люди садятся за столики, словно ничего не было. Но то, что только что произошло, оставляет в воздухе чувство праздника и радости от Христовой победы.

Вопреки скептицизму

В завершение следует сказать, что миссионерская активность верных детей Матери-Церкви
не поддается точному учету и контролю. Она не нуждается в иных приказах, кроме зова сердца и веяния Святого Духа. Но она нуждается в тиражировании успешного опыта, в обмене информацией, в поощрении наиболее успешных трудников на сей ниве.

Именно этим целям координации и анализа должны служить миссионерские отделы при епархиях.

Отдельной темой должно прозвучать слово и о том, что желающих трудиться бывает временами до крайности мало. Редких энтузиастов могут подвергать третированию и осмеянию даже со­братья-священники. Стоит же появиться первым плодам, на место насмешек приходит зависть и шепот за спиной.

Эти недостойные факты не редки. О них знает каждый миссионер. Они свидетельствуют о застарелых и до сих пор не излеченных болезнях нашей церковной жизни. Не ставя задачей быстро решить подобные проблемы, я все же упоминаю о них, хотя бы и вскользь, дабы не создавать опасную иллюзию единодушия и благодушия.

Поле зачастую не пахано, нива не сеяна. Евангельский же голос Доброго Пастыря взывает: «Жатвы много, делателей же мало; итак молите Господина жатвы, чтобы выслал делателей на жатву Свою» (Мф. 9: 37–38).

В своем идеальном состоянии каждый приход нашей Церкви может и должен быть миссионерским — в меру отпущенных Богом сил. Наше будущее напрямую зависит именно от этого. И трудиться ради воплощения сказанного стоит.

 

Протоиерей Андрей Ткачев

Киевский православный портал

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

Яндекс.Метрика