Фигура странствующего философа Григория Сковороды, произведения которого оказали существенное влияние на развитие русской религиозной философии, является неординарной и самобытной среди философов Российской империи. Именно его творчеству и посвящен  доклад кандидата философских наук, заведующего кафедрой гуманитарных дисциплин Государственного института подготовки кадров Минпромполитики Украины Александра Александровича Блуда, зачитанный на Всеукраинском семинаре «Традиции изучения Библии: отечественный опыт». Семинар проходил в рамках программы V Международного форума «Пространство гуманитарной коммуникации» в Киеве.

В начале доклада хочу сказать, что меня интересует «умное делание», исихазм, и потому в докладе я попытался рассмотреть творчество и жизнь Г.Сковороды в контексте умного делания на основе работы с Библией, Священным Писанием. В.Эрн в своей книге «Г.С.Сковорода. Жизнь и учение» пишет, что Г.Сковорода был противоречивой личностью. Его учение выражают не только его произведения, но и его жизнь, которая воплощала его учение. Человек он был страстный и постоянно боролся с хаосом в душе[i]. Священное Писание, Библия и были для него, если можно так сказать, средством преодоления своей грешной природы. Работая над Библией, он с Божьей помощью боролся с греховностью, со своей мятущейся, хаотической натурой.

Библию Г.Сковорода начал серьезно изучать с 30 лет; думаю, это связано с его убеганием от «мира», а побег этот не обязательно внешний, как когда он после Харьковской школы посвятил себя странничеству, но это прежде всего побег внутренний, отстранение от власти мира, от его страстей. Библия давала Г.Сковороде возможность устранения от неподлинного, суетного общения с миром и возвращения к уединенному общению с Богом, пребыванию в общении с Его Словом.

Чтение текстов Г.Сковороды вызывает трудность, они насыщены символизмом (и не только библейским) и платонизмом. Тут невольно приходится осуществлять своеобразную феноменологическую редукцию, чтобы отсечь лишнее и прорваться к самому нерву его работы с библейским текстом, к его умному деланию.

Основа философии Г.Сковороды – учение о двух натурах и трех мирах. Есть две натуры, природы – видимая и невидимая. Видимая – явное, преходящее, смертное, ветхое. Невидимая – это духовная, божественная реальность.

Три мира. Первый – большой мир, Вселенная. Видимый аспект – это то, что преходяще, непостоянно, и за этим явным аспектом мира следует усматривать невидимый Божий план, Слово. Мир тогда становится Божьим откровением, своего рода Писанием, Божьим Словом, которое надо научиться читать, усматривая во внешних событиях присутствие божественного провидения, а в вещах, творениях видеть руку Творца. Тогда вещи и события становятся символами, которые указывают на божественное. Следует различать ветхую природу мира и новую, вечно новую, непреходящую.

Второй мир – малый, это человек. Человека Г.Сковорода понимает как «сердце», которое есть сущность, основа человека. Здесь Г.Сковорода верен святоотеческой традиции. Внешний человек – это сердце ветхое, старое, мирское; это устремления «мира», которые направлены на преходящее. Это тщеславие, гордость, злость, зависть, желание обогащаться – это все мирские «зацепы», захваты, которыми «мир» нас ловит. Не случайно на своей могиле Г.Сковорода велел написать: «Мир ловил меня, но не поймал»[ii]. То, что мир может поймать в человеке, это и есть ветхий человек, мирской.

Внутренний человек есть тот, который обновлен словом Божьим. Это новое творение, рожденное от Бога. Здесь различение человека тварного, сотворенного и человека рожденного. Рожденный человек – это новое сердце, которое родилось от Бога, Его Слова. Новый человек рождается от постоянного чтения Библии, приятия в сердце Слова Божьего. Правильная работа над Библией, чтение Библии невозможны без внутренней аскезы. М.Ковалинский пишет, что Г.Сковорода ночью молился в уединении, собирал рассеянные по миру мысли и возносил их в Горняя, боролся против своих мирских страстей[iii]. Эта аскетическая работа над своим внутренним сердцем приуготовляла его для принятия Божьего Слова. Аскеза приуготовления сердца как почвы для восприятия божественного слова, семени божественной истины, чтобы оно могло в сердце укорениться и прорасти, дав плод – нового человека. Без этой внутренней аскезы, без чистоты сердца, которое приуготовляется для восприятия Слова Божьего, обыкновенное чтение Библии мирским умом является ветхим, бесплодным.

Третий мир – это Библия, мир божественных символов Писания. Поражают и удивляют в диалоге «Потоп змиин» такие выражения, что Библия – это змий, дракон, сфинкс, ложь[iv]. Эти определения указывают на мирской способ восприятия Библии. Если мы мирским умом пытаемся понять Библию, интерпретировать Слово Божье обыденно, без внутренней аскетической работы, то тогда Библия, из-за буквальных толкований может привести к падению.  Г.Сковорода предупреждает, что если мирским умом читать Библию, неочищенным внутренней аскезой умом читать Слово Божие, оно (чтение) не просто будет бесплодным, а будет гибельным, может привести к соблазну, искушению осуждением и т.д. (пример – пьянство Лота, которое не следует понимать буквально, но в таинственном смысле)[v]. Библию прежде всего следует воспринимать именно как Слово Божье, а не как рассказ о мирских событиях. Г.Сковорода предлагает своеобразную феноменологическую редукцию – постоянное очищение при чтении Библии божественного смысла от мирских привнесений, мирских интерпретаций. Следует удерживаться от преждевременных обмирщающих суждений. Прорваться за завесу мирского истолкования умом веры, которая зрит невидимое.

При чтении Библии следует осуществлять внутреннюю аскезу. Как при чтении Иисусовой молитвы в исихазме следует постоянно отсекать иные помыслы, так и при чтении Библии следует отсекать ветхие, мирские мысли. Сковорода называет это так – убивать змия лукавого, который стремится извратить Библию. Символ змия  (Потоп змиин) тут двоякий. Змий – древний символ мудрости, и вознесенный на древе медный змий, который исцеляет, символизирует Иисуса Христа. С другой стороны, змий соблазнил прародителей, втянул их в грех и за это покаран ползать по земле и питаться землей, потомство Евы будет поражать его потомство в голову. Ползущий змий – это наши мирские, земные помыслы, которые привязаны к тленному и противятся Небесному. Эти мирские мысли следует отсекать, желательно при их зарождении (поражать в голову змия), и возносить их в Горняя, к божественному, таинственному смыслу, который присутствует в Библии. Этот божественный смысл должен родиться. Человеческий разум не сам творит, конституирует смысл, но приуготовляет поле для рождения этого смысла в сердце в результате внимающего чтения Библии.

Благоговейное отношение Г.Сковороды к Библии как источнику божественной премудрости поэтически выражается в таких сравнениях. Библия – это скала Господня (петра, камень), безопасный остров, гавань, в которой мы находим покой и защиту от мирских волн, бурь. Библия – это новая обетованная земля, в которую ведет Моисей-Христос. Это Суббота – покой Божий, и Г.Сковорода опытно знал то блаженное чувство покоя и мира, которое дает Библия, погруженность в Слово. Библия – это Хлеб, питающий душу, и Вино, веселящее сердце. Это чистый источник вечной жизни. Это крылья, возносящие к Небу, херувимская колесница[vi]. Это божественная лествица к Богу. Святое Писание возводит на гору познания Божьего, в Дом Божий, возводит из смерти в живот[vii]. Слово Божье – язык живой и исцеляющий[viii], лечебница Божья. Библия – это новое солнце, и чтобы увидеть его свет, надо самому стать светом, раскопать в пепле ветхого человека божественную искру, огонь которой попалит все тленное. Надобно родиться свыше, чтобы новым умом, от Духа рожденным, открыть за тленными буквами Библии Дух животворящий. Тогда свет видит Свет, дух видит Дух[ix]. Иначе мертвое видит мертвое, тленное умножает тленное. От этого мертвого, мирского, тленного и убегал Сковорода, не давая себя захватить умерщвляющему все живое «миру» (ибо «мир» мертвит), спасаясь в божественной жизни Библии. Стремился выявить в себе, в других и в Библии живого человека. Какое сокровище – живой человек! Тут вспомнишь Диогена, который с фонарем искал человека – «Где же ты – живой человек?».

Живое в человеке – это то, что от Бога. Плодотворно у Сковороды понятие «сродного труда». Сродный труд – это призвание, дело, предназначенное Богом, именно мое дело, моя профессия. Найти себя в Божьем мире – это выбрать, выбороть свое призвание, Божий замысел о себе, делать свое, именно свое дело и испытывать при этом радость. Тогда и дела человека живые. Если человек схвачен миром и делает не свое дело, тогда его душа мертва, тоскует, в унынии, дела его не живые и его мертвость распространяется на окружающих. Он мертвит все живое из зависти, все хочет уподобить себе. Он не слушает Бога, который направляет его на свойственное ему благо, желает жить своим умом (даже и не своим, а тем, что от мира), без Бога, но без Бога нет жизни. Для самого Г.Сковороды выбороть свое призвание, по-настоящему делать то дело, для которого ты предназначен в жизни, было невозможно без Слова Божьего, без Библии. М.Ковалинский пишет, что в жизни Г.Сковорода руководствовался внутренним духом, который ему подсказывал, что следует делать. Думаю, что у Сковороды его мистическое, таинственное слышание Духа Святого в Библии было неотделимо от слышания духа, слова божьего в сердце и руководствования в жизни этим духом. Следует слушать свое сердце, новое сердце, которое направляет тебя на то дело, для которого ты рожден, создан Богом. Но каков критерий – мое это дело или не мое? Для Г.Сковороды критерий – это сердечная радость, кураж, веселие, мирность духа, внутренний покой, и этот опыт он испытывал при чтении Библии. Чтение Библии его обвеселяет, встреча с Библией как с живым существом приносит радость. Эта же радость соотносима с тем делом в мире, которым ты занимаешься. Если занимаешься своим делом, оно приносит радость, кураж, мир, покой, и тут ты точно знаешь, что делаешь свое дело. Это соотнесение слушания Слова Жизни в Библии и слушания Жизни (радость и есть жизнь) в сердце у Сковороды очень плодотворно.

В завершение хотелось бы показать на примере Сковороды, что христианская философия и богословие тогда плодотворны, будут приносить живой плод, когда будут иметь библейскую базу, основываться на Священном Писании. У Григория Сковороды можно поучиться постоянной живой работе с Библией и поучиться его внутренней аскезе, которая соединяется с живой работой со Словом Божьим.



[i] В.Эрн. Борьба за Логос. Г.Сковорода. Жизнь и учение. – Мн.: Харвест, М.: АСТ, 2000.

[ii] Ковалинский М.И. Жизнь Григория Сковороды // Григорий Сковорода. Соч. в 2 т. Том 2. – М.: Мысль, 1973.

[iii] Там же.

[iv] Диалог. Имя ему – потоп змиин // Григорий Сковорода. Стихотворения. Песни. Басни. Диалоги. Трактаты. Притчи. Прозаические переводы. Письма. — К.: Наукова думка, 1983.

[v] Книжечка, называемая Silenus Alcibiadis, сиречь Икона Алкивиадская. // Григорий Сковорода. Стихотворения. Песни. Басни. Диалоги. Трактаты. Притчи. Прозаические переводы. Письма. — К.: Наукова думка, 1983.

[vi] Жена Лотова // Григорий Сковорода. Соч. в 2 т. Том 2. – М.: Мысль, 1973.

[vii] Наркисс. Разглагол о том: Узнай себя // Григорий Сковорода. Соч. в 2 т. Том 1. – М.: Мысль, 1973.

[viii] Там же.

[ix] Разговор, называемый алфавит, или букварь мира // Григорий Сковорода. Соч. в 2 т. Том 1. – М.: Мысль, 1973.

 

Источник:

 

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.

Яндекс.Метрика