Анастасия Бондарук

От того, как мы думаем о Боге, зависят причины, по которым мы на Него обижаемся. Многие из нас читали в свое время катехизис и запомнили, что Отец наш одновременно и всеблагий, и всеправедный, и строгий.

Но что это для каждого из нас?

Непонятные «понятия»

Г.П. Щедровицкий (философ, методолог) резюмирует: очень много слов, терминов не связаны непосредственно с живым опытом, ощущениями. Таким образом, значения таких слов не могут заключаться в чувственных процессах, а больше связаны с мышлением. Например, когда мы говорим «радость» — всем понятно, о чем идет речь, и мы даже можем вспомнить свои состояния, которые считаем радостью – некий эмоциональный подъем, свободное дыхание, расправленные плечи, переживание удовлетворения от чего-то исполненного. А если мы скажем «чистая радость», «духовная радость»… Вы понимаете, о чем идет речь? Я говорю не о знании, почерпнутом из духовной литературы, а о понимании? Я лично нет. Конечно, у каждого из нас есть некий духовный опыт, но все же он не настолько велик, чтобы на него опираться и уметь понимать… Так вот, для слов и терминов, не связанных с опытом и чувствами, вводится особое явление сознания — «понятие». По определению того же Георгия Павловича, «специфически мысленное отображение сторон объективного мира, которое и составляет значение слов языка, не имеющих непосредственных чувственных эквивалентов». Почему я так подробно на этом остановилась? Чтобы подчеркнуть, что когда мы воцерковляемся, то сталкиваемся с областью, которая для святых была живым опытом, а для нас превращается в понятия. И на сколько это для нас приоткроется, мы не знаем. Это важно осознавать не для того, чтобы закрыть себе доступ к опыту Богообщения, а для того, чтобы не доверять полностью своим интерпретациям этих понятий.

 

Университетский дискурс

 

Основатель структурно-лингвистического анализа Жак Лакан выделяет особый вид речи — университетский дискурс. Дискурс человека, который очень умно обо всем рассуждает, он очень много знает, но … не всегда понимает. И это нормально. Мы не можем все понимать. И воцерковляясь, мы узнаем, но продолжаем не понимать, что такое рай, что такое ад, что такое любить. Лакан пишет: «Собственное “я” субъекта не идентично тому присутствию, которое обращает к вам свою речь». Т.е. мое «я» не равно тому, что я в данный момент говорю, да, собственно говоря, и пишу. Об этой дистанции важно помнить.

 

Так вот, если эти два вывода не учесть, то можно прийти к опасному состоянию. Которое не обязательно будет осознанным. Как будто мы понимаем что-то о Боге, можем действительно знать, каков Он. Состояние это можно описать словами: «Ну, в принципе, я уже знаю, какой Бог. Может, не до конца. Но в основном». То есть, зная что-то о Боге, мы не осознаем, что это всего лишь какие-то категории и понятия всего-лишь нашего мышления. Нам кажется, что мы знаем правильно, мы же в правильной книжке прочли (или даже какой-то маленький опыт имеем). И вот в это время и случается в моей жизни ситуация, которая полностью противоречит всем моим усвоенным представлениям о Боге. И что происходит со мной? Ведь я так уверен в своем мышлении, поскольку считаю его православным. В таком состоянии у людей возникает чувство обманутости. Им кажется, что Бог что-то не дал им. Но в чем они обманулись? В своих представлениях, в своем мышлении. Но, конечно, в момент несоответствия человек настолько охвачен эмоциями обиды и разочарования, что анализировать свое мышление ему не приходит в голову. В таком состоянии ему кажется, что мир рушится. Но рушится всего лишь мир его идей.

 

Освободиться от опыта 

Если мы не подвергаем критическому осмыслению свое мышление и свои представления, свои мыслеобразы, то они живут своей отдельной жизнью. И не хотят «умирать».

Например, вопрос, который я задаю многим обиженным и разочарованным в милосердии Господа.

— А как вы понимаете милосердие Господа?

— Ну я читала, что…

— А кроме того, что вы знаете. Что лично для вас милосердие?

— Бог будет мне все прощать и не посылать мне трудностей. Он ведь понимает, как мне тяжело. Ведь мне и без трудностей трудно. Вы же видите, какие у меня личные проблемы.

— А справделивый?

— Защищает меня от других. Не дает им меня обидеть.

— А у вас был кто-то из ваших близких, кто так себя вел по отношению к вам?

— Бабушка.

— То есть ваш бог похож на вашу бабушку.

— Был похож, пока меня не уволили. Полгода сижу без работы.

— И какие у вас сейчас представления о Боге?

— Равнодушном ко мне и не понимающем моих проблем.

— К вам кто-то так относился?

— Учителя, иногда родители.

Так мы склеиваем понятие о Боге со своими чувственными, эмоциональными представлениями. Конечно, не отдаем себе в этом отчет и решаем, что это и есть Бог. Но вот проблема! — нельзя с кем-то встретиться, не освободившись от своего внутреннего багажа. Трудно выйти за пределы себя самого, т.е. трансцендировать, когда весь заполнен забытыми, но, тем не менее, значимыми обидами и пристрастиями прошлого. И в жизнеописаниях святых мы встречаем, как часто у подвижника происходило резкое переосознание всего жизненного опыта, багажа прошлого.

А что делать нам? Важно учиться понимать и замечать свой способ мышления. Как вы склонны думать о людях, например? Они ангелы (вы старательно не замечаете чужих проблем) или им нельзя доверять, или, или… И понимать, что это ваш привычный способ думать о других. Но мир, другие, Бог могут быть совсем не таковы. Важно уметь разделять свой жизненный опыт, опыт взаимоотношений с близкими — и зарождающийся опыт отношений с Богом.

Иногда читая в православных СМИ фразы типа: «Бог это сделал потому, что… Бог наказал…» и т.д., я задаюсь вопросом: почему мы так уверенно интерпретируем? И осознаем ли, что это всего лишь наши интерпретации? И если нет, то когда обстоятельства нашей жизни не совпадут с нашими интерпретациями, и мы окажемся в зоне острого непонимания, сможем ли это выдержать? Или опять скажем, что Бог нас обидел…

 

Tagged with:
 

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

Яндекс.Метрика